Without a Dawn

Solid short VN that does a brilliant job at portraying paranoia and other psychological themes! I in fact hated how uncomfortable it made me feel, like I was reliving some embarrassing memories lol. The story is very obscure and metaphoric; the essence of the game lays within the introspective of the protagonist and the ambience, while the gist of the actual plot barely matters. The writing is cryptic and manages to capture the blur between dream and reality very well, I can't even tell whether I liked the pacing because I felt impacted by the distorted sense of time even as a reader. Additionally the graphics are unique and highly suitable, what I found particularly amusing are the customization options for the visuals! I think it's a quite interesting surreal and tense experience, with the atmosphere being one of the strongest parts due to how suspenseful, oppressive and anxiety-inducing it gets presented! Certainly the small amount of content leaves wishing for more but doesn't feel lacking either.

大概是一个从认知失调到精神解离的过程。 30分钟流程，意识流文本。类似某种心理诊断教科书样本，也可能是我自己的过度解读。 山间小屋是荣格所谓的：“你无法逃离自己的潜意识,只能把它搬到一个更安静、缺乏外界刺激的地方,让它的声音变得更清晰、更无处可藏”。 本意是为了逃避那些情绪，却适得其反使其放大。 而防毒面具男就是经典精神分析里的“超我”，提醒你“危险仍旧存在”的【内在自我】。 典型OCD患者会内化出防御痛苦而搭建的机制，又反扑变成自己痛苦的来源。防毒面具不负责保护你，而是一直让你确信外面有毒气，从而困住自己。 海是集体潜意识，升起的金字塔可能是某种曼陀罗的隐喻——“自我性”的象征，象征主角的意识逐渐独立，完整并且坚固；也可能是某种反讽，像金字塔一样，变成某种精神坟墓。 不过荣格的理论早就过时了。故事本身有独特的气质，美术风格不错，很推荐，但较短的流程不建议原价购入。 跟印蒂卡一样，本作主角的不稳定精神状态造成了不可靠叙事，很独特的阅读体验。

You can try to resist the intrusive thoughts for as long as you like but inevitably you will face them. +++++++++++++++

Не знаю что сказать по игре, процитирую гениев своего времени: Психиатрия / Н. Г. Незнанов - Москва: ГЭОТАР-Медиа, 2020 г. Чаще всего шизофрения начинается в молодом возрасте (20- 25 лет) у лиц с конституциональной функциональной недостаточностью различных сфер психической деятельности. Последняя может проявляться в повышении (по сравнению со здоровыми) частоты патологических реакций на обычные стрессовые ситуации, невротическими реакциями в детстве, трудностями адаптации, поведенческими девиациями, необычностью интересов, склонностью к фантазированию, психическим и физическим инфантилизмом, повышенной зависимостью от матери. Эти особенности носят пограничный характер, относятся к состояниям «pathos» или «предболезни» и в современной литературе описываются в качестве своеобразного «шизофренического диатеза». Как правило, чем раньше начинается заболевание, тем более злокачественно оно протекает. Из половых особенностей течения заболевания следует отметить сравнительно более позднее и острое начало, большую выраженность различных аффективных нарушений у женщин. В дебюте болезнь может проявляться беспричинными изменениями характера, появлением не свойственных ранее личности интересов - к философии, религии, космологии (так называемая «философская интоксикация»), изменением привычного отношения к лицам ближайшего окружения, всего уклада жизни. Меняется самооценка, возникает повышенная озабоченность состоянием собственного здоровья, ипохондричность, расстройства из круга деперсонализации и дереализации. В ряде случаев наблюдают асоциальное поведение, нарастает тенденция к самоизоляции, аутизации. Манифестные симптомы шизофрении весьма разнообразны. Наиболее характерны расстройства мышления по форме и содержанию, в которых находят отражение основные процессуальные нарушения - схизис, аутизм. Ассоциативный процесс вследствие «диссоциации», «разрыхления» внутренних связей между понятиями и представлениями теряет свою стройность и целенаправленность. По этим же причинам появляются логические погрешности в установлении причинно-следственных связей, атактические замыкания, чувство «обрыва», «соскальзывания» мыслей. Нарушение параллелизма, согласованности психических процессов затрудняет волевую и эмоциональную координацию мышления, вследствие чего оно становится аспонтанным, вплоть до появления психических автоматизмов. Больные жалуются на неуправляемость потока мыслей (ментизм), возникновение параллельных, эхо-мыслей, содержательно выпадающих из общего фонового контекста. Это может сопровождаться ощущением хаотичности мышления, воздействия чужой воли. В лёгких случаях сохраняется правильность грамматических построений, однако логические соскальзывания, атактический стиль делают речь больных малопонятной, напоминающей бесплодные рассуждения (резонерство); высказывания больных ввиду отсутствия содержательной ясности приобретают характер абсурдных или символических (имеющих скрытый смысл). При более грубой диссоциации, помимо нарушений смысловых связей, расстраиваются и грамматические связи (бессвязное мышление), что превращает речь больных в бессмысленный набор слов, структура которых также иногда нарушена. Фонетические искажения могут восприниматься как новые слова (неологизмы). Таким образом, язык, речь больных всё больше перестают быть средством общения с другими людьми, окружающим миром. Подобная реорганизация мышления превращает его в своеобразный барьер, лишающий как возможности понимать происходящее, так и быть понятым, делая больного инородным телом в мире человеческих отношений, всё больше погружая его в аутистическое одиночество. Формальные нарушения мышления, возникающие вследствие нарастающих нейротрансмиттерных расстройств, обусловливают, а также отчасти обусловливаются искажениями восприятия окружающего мира и их эмоциональной оценкой. Безуспешные попытки понимания смысловых контекстов происходящих событий сопровождаются нарастанием тревоги, внутреннего напряжения. Повышается внешняя рефлексия. Больные становятся подозрительными. Поведение окружающих часто оценивается как недоброжелательное, враждебное или таящее в себе какой-то особый смысл. В их высказываниях, жестах, экспрессивных реакциях больные видят намеки, скрытые угрозы, насмешки. Особое значение, имеющее какое-то отношение к жизни больного, приобретают содержание телевизионных передач, газетные заголовки, реплики дикторов, случайных прохожих, сослуживцев. Нарушение внешней перцепции характеризуется иллюзорным восприятием, возникновением бреда инсценировки, особой значимости, а затем галлюцинациями (чаще псевдогаллюцинациями), как слуховыми, так и зрительными, тактильными, обонятельными. При расстройствах внутренней перцепции иногда возникают патологические телесные ощущения - сенестопатии, а также проприоцептивные галлюцинации весьма причудливого содержания. Комплекс описанных нарушений, сопровождающихся повышением эмоционального напряжения, чаще наблюдают при остром и подостром течении. Он знаменует собой тотальную реорганизацию психической деятельности в стадии манифестных проявлений шизофрении и называется "тремой". Напряжение тремы может ослабляться поведенческими нарушениями: неожиданными (импульсивными) поступками, немотивированной агрессией, суицидальными действиями, отдельными кататоническими симптомами, амбивалентной противоречивостью намерений, что формально может быть отнесено к патологии волевой сферы. Чаще же всего трема разрешается «кристаллизацией» бреда: хаотические, разрозненные эмоционально насыщенные переживания приобретают, хотя и паралогически оформленную, но понятную больному содержательную завершённость. Так формируются различные бредовые синдромы (паранойяльные, параноидные, парафренные), которые представляют собой воспринимаемый с полным убеждением новый контекст, смысловую основу нового отношения к миру и к самому себе. Как правило, фабулы возникающих таким образом бредовых идей до некоторой степени упорядочивают хаотичность психической деятельности и становятся мотивом целенаправленного бредового поведения. Чаще всего оно характеризуется аутистической нелепостью, а иногда представляет опасность для окружающих или самого больного. Будучи погружены в новую бредовую реальность, больные в ещё большей степени теряют связь с окружающим миром. По мере нарастания аутистической отгороженности происходит всё большее обеднение эмоциональной жизни. Исчезают прежние интересы, теряется чувство привязанности к близким людям, стирается эмоциональная острота восприятия, чувство витальности. Больные с безразличием начинают относиться к своим естественным потребностям, внешнему виду.

A quick, dark little narrative. Enjoyable!

很短，但算是短文本做成游戏的成功案例，音效和美术能给文本增色就是有益的。我想它最好的部分是尝试把人带进生存与死亡间的那片灰域，展示其中文学哲学等概念，以及恐惧焦虑、爱与不舍这些情绪。个人最喜欢的文本是[spoiler] “任何身体的感受都让你更接近现实”[/spoiler]，其实也算逃离灰域行之有效的方法，不要让精神离身体感知/物质世界太远。

I loved it. It perfectly encapsulates everything it is trying to do. I happened to play this next to my bed and windows with blinds.

全流程大概半小时，很短小，无选择分支。 音效有力地塑造了心里恐怖氛围，有立体声效果，切实令人烦躁不安。 偏意识流的叙述，是一个关于一位辗转反侧无法入眠，深受强迫性思维与焦虑折磨的女人的故事。这个故事给我的感受如同在黑暗中摸索着前行，恐惧不可视的前方，但也绝不想退回更阴冷的黑暗中去，因此不得不向前。反复与自己对话、反复向自己确认，说服自己前方一定存在着希望，至少存在着能让自己继续存在下去的某物。然而随着理性清脆地破碎，终于发现那把开启似乎光亮温暖的真相的钥匙，打开门，门后空无一物。 [spoiler] 值得注意的是，逐步确立自己存在。最终诱引主角抛下一切，放空名为血液的毒液的戴着防毒面具的男人 ，背景音却是反复的摩斯电码“SOS”。主角不停期盼着找到让自己存活的理由。[/spoiler] 个人非常喜欢“你正处于虚假的幻觉中，唯有沉入梦境...沉入死亡，才得以瞥见真实。”这类假设。然而真相从未许诺它是和蔼可亲的，黑水上升起冰冷的黑色金字塔，看着它，你获得了梦寐以求的平静了吗？

Without a Dawn is a very atmospheric game, the constant buzz of silence overlapped with a stream of thoughts and feelings that make and make not sense. It is very obvious about its illusion of choice in a way that empowers the narrative, these thoughts are forced, because they are. I'm not even entirely sure what most of all of it means, its beautiful, concrete and also vague.

¿Para que dar opciones si solo puedes escoger lo que el autor quiere que escojas? Confieso que no duré ni diez minutos. Visualmente interesante, pero nada más.